Сегодня ВЧК-ОГПУ и расскажут об одном из самых могущественных и закрытых кланов Краснодарского края — клане бывших и действующих сотрудников ФСБ. Главным принципом этой системы была преемственность. Отец получал погоны, делал карьеру, обрастал связями, превращал должность в источник влияния и дохода, а затем проталкивал в ту же систему сына.... Сын оканчивал тот же вуз, надевал те же погоны и входил в тот же круг. Сам отец, выйдя на пенсию, никуда не исчезал: он становился дорогим решальщиком при знакомых коммерсантах, посредником, который по-прежнему мог открыть нужные двери и закрыть нужные вопросы. Так этот клан воспроизводил себя снова и снова. В 2015 года по клану был нанесен удар, когда УФСБ по Краснодарскому краю возглавил «чужак» Игорь Колосов, ранее возглавлявший УФСБ по Камчатскому и Приморскому краям Особенно тяжело удар пришёлся по кубанскому чекисту Сергею Москаленко. На тот момент он возглавлял один из самых влиятельных отделов в Краснодарском крае — отдел «М», контролировавший весь силовой блок. Москаленко погорел на покрывательстве, связях с армянскими предпринимателями, крышевании судов, включая известного председателя краевого суда Александра Чернова, и других судей Краснодарского края. В итоге его отправили в глухой район, отрезав от прежних возможностей и кормушек. Досталось в ходе этого «воспитания» и одному из тогдашних заместителей начальника управления — Константину Шошину. От обиженных чекистов посыпались жалобы в Москву, были задействованы покровители в ЦА ФСБ РФ. Последней каплей стало жесткое задержание следователя по особо важным делам СУ СКР Ислама Джамбаева. Ранее он был помощником следователя СКР Руслана Миниахметова и пользовался полной поддержкой Шестой службы УСБ ФСБ РФ, возглавляемой тогда Иваном Ткачевым. В результате в 2019 году Колосова перевели на новое место службы, а затем отправили на пенсию. С его уходом вскоре все окончательно вернулось на круги своя. Впрочем, у Колосова тоже был «грешок». Его давним товарищем по службе в разведке Северного флота являлся Анатолий Вороновский, который занимал разные посты в крае, в том числе был министром транспорта, заместителем главы администрации региона, советником губернатора. Ходили разговоры, что Колосова и Вороновского связывала не только дружба, но и общие, весьма разносторонние интересы. В 2019 году начальником УФСБ назначили Сергея Захарихина — своего человека, хорошо понимавшего правила игры. К тому моменту он уже успел поработать руководителем УФСБ по городу Сочи, прекрасно освоился в местных раскладах и тесно сошёлся как с влиятельной армянской диаспорой, так и с компанией «СДС» («СоюзДорСтрой»). Именно при нём «СДС» превратилась в одного из ключевых игроков на рынке дорожного хозяйства Сочи. Пикантности этой истории добавляло и то, что в самой «СДС» заместителем работал родственник того же Сафарби Напсо. Однако в 2025 году, когда по делу дорожников начались оперативные мероприятия, они задели и его. И тогда в своём кругу Напсо заговорил уже совсем в иной тональности: жаловался, что Захарихину отдал многие миллионы, а теперь приходится заносить ещё и в центральный аппарат. Сам Захарихин прекрасно чувствовал местные правила и не видел ничего предосудительного в такой системе отношений. Напротив, он органично в неё встроился. Речь шла фактически о «вербовке» жирных коммерсантов, строителей и дорожников, которые охотно платили за решение вопросов, делились прибылью, брали на себя чужие расходы, оплачивали люксовую одежду и комфортный быт, а заодно обеспечивали выгул приезжих московских чиновников и силовиков, избавляя местных чекистов от лишних трат. При Захарихине система не просто сохранилась — она вновь почувствовала себя в безопасности. Люди, привыкшие жить с должности, решать вопросы через связи и монетизировать доступ к силовому ресурсу, получили недвусмысленный сигнал: старые правила по-прежнему работают. А значит, можно и дальше заносить, договариваться, крышевать и делить. На этом фоне новыми красками заиграли и карьеры бывшего заместителя начальника УФСБ Константина Шошина, экс-начальника УСБ ФСБ Дмитрия Полякова и бывшего начальника отдела «М» УФСБ Сергея Москаленко. Так, Константин Шошин сосредоточил в краевом управлении фактически полную власть. Одновременно в полную силу развернулся и начальник УСБ по Краснодарскому краю Дмитрий Поляков. Именно при нём Москаленко вытащили из ссылки и вернули в игру, назначив начальником КРООПТ УФСБ по Краснодарскому краю. На самые чувствительные направления поставили Владимира Купина и Станислава Делевского, чьи отцы руководят службами безопасности крупнейших застройщиков Кубани. Последнему, в частности, доверили надзор по линии ФСБ за администрацией края. А куратором дорожного направления стал Артём Слепцов, который с 2015 года находится в государственном розыске на территории Украины за самовольное оставление воинской части. Иначе говоря, будучи капитаном СБУ, он дезертировал и перебежал на другую сторону. Шошин фактически подмял под себя весь строительный бизнес региона. Крупные застройщики — и кубанские, и, особенно, московские — заходили в край только через него и с его одобрения. Произошло это не без участия влиятельных покровителей в лице начальника СЭБ ФСБ Сергея Алпатова и иных менее публичных персонажей. Параллельно, по старой и доброй традиции системы, Шошин передавал полученные навыки, контакты и связи дальше — своему сыну, который также работал в краснодарском УФСБ. Так воспроизводилась всё та же модель клановой преемственности, где должность служила не государству, а семье, связям и будущему собственному благополучию. В 2020 году прозвучал первый пробный залп перед гигантской дорожной «войной» . После заявления депутата краевого заксобрания Андрея Дорошенко на Вороновского, которое, по словам собеседников, было написано по просьбе Сергея Москаленко и касалось вымогательства 300 миллионов рублей, оперативники завели ОРД и провели серию обысков. Затем всё ненадолго затихло. Дорошенко и Вороновский получили мандаты депутатов ГД и свой конфликт поставили на паузу. Но потом, Дорошенко быстро подтягивает к делу своих приятелей — первого замминистра транспорта и дорожного хозяйства Краснодарского края Андрея Коновалова и Сафарби Напсо. Коновалов щедро кормил клан бюджетными подрядами, Напсо обеспечивал нужные связи в силовом блоке Сочи. А их общая дружба с тогдашним мэром Алексеем Копайгородским и вовсе открывала прямую дверь на сочинский строительный рынок. Ведь не даром, по словам собеседников, сразу после назначения Копайгородского Дорошенко подарил ему премиальный Audi A8. Главные режиссёры всей конструкции — Дмитрий Поляков и Константин Шошин — методично втягивали в орбиту клана одного из самых заметных дорожников Кубани Александра Карпенко, а также бывших вице-губернаторов, курировавших дорожную отрасль, в том числе Александра Власова, сверявшего с силовиками едва ли не каждый свой шаг. К 2021 году клан окончательно замкнул на себе ключевые денежные потоки и административный ресурс. Работы в этой системе хватало всем. Первым в этом контексте наши собеседники упомянули Николая Ильина, который влился в группу по рекомендации своего родственника, служившего в ФСБ соседнего региона. Того самого Ильина, который ранее занимал руководящие должности в структурах «Автодора», в филиале ГК «Автодор», был на короткой ноге с экс-губернатором — долларовым миллиардером Александром Ткачёвым — и был приближен к экс-главе ГК «Автодор» Сергею Кельбаху, осуждённому на 9 лет за хищение 2 млрд рублей. Ильину поручили «обилечивать» пришлых застройщиков и дорожников, одновременно наращивая объёмы его собственной компании — ООО «ИнжПроектСтрой». За короткое время фирма, оформленная на номинала Ефименко Р.А., получила около 90% всех проектных подрядов при Министерстве дорожног. Не отставал от Николая Ильина и его тёзка Николай Ковалевский — тесть офицера ФСБ Владимира Купина, которого Николай Ильин по старой дружбе подтянул к решению проблем Сафарби Напсо и его сотрудников. Бравый отставной чекист лихо взялся за решение этих вопросов, получив, по разным источникам, более сотни миллионов рубле. В целом же, учитывая, что компаний Ильина, Ковалевского и Напсо, который к тому же получил условное наказание, нет ни в антикоррупционном иске, ни в общем «деле дорожников», можно сделать вывод, что услуги решальщиков Ковалевского и Ильина оказались эффективными и оказывались с подачи серьёзных людей, способных решать вопросы такого уровня. О легализации тоже не забывали: основная масса денег была грязной до предела — откаты, взятки, серые расчёты. С таким капиталом не выйдешь в свет, не оформишь наследство и не выстроишь видимость законного благополучия. Именно для этого и понадобился Михаил Шереметьев — известный в узких кругах человек, служивший нарядной витриной «белой» части группы и, как поговаривают, приходящийся родственником одному из сотрудников ФСБ: партнёр, номинал и доверенный хранитель чужих активов. В целом, несмотря на редкие вспышки недовольства, такая расстановка сил устраивала почти всех. Московские чинуши бесплатно грелись под сочинским солнцем, чекисты умело совмещали службу с приумножением личного благосостояния — чего стоят одни только объекты Юрия Литвинова (замначальника УФСБ КК) в «Сириусе», не говоря уже о миллиардных активах Полякова и Шошина по всей территории Кубани, в том числе на побережье. Коммерсанты ворчали, жаловались, но продолжали платить. И всё это — за счёт бездонного краснодарского бюджета. Тихо, спокойно и почти без шума. Не унимался лишь один — тот самый Дорошенко. Именно после очередной его кляузы своего поста лишился его давний приятель первый заместитель министра транспорта Коновалов. По словам собеседников, тот слишком настойчиво начал требовать свою долю «за дружбу» и, по собственной глупости, познакомил Дорошенко с министром транспорта Переверзевым. После этого Коновалов, судя по всему, стал одновременно и ненужным, и слишком дорогим. Куда проще было перераспределить его долю в пользу тех же чекистов. С Напсо Дорошенко поступил по тому же сценарию, что и с Коноваловым. Тот начал его откровенно раздражать: слишком заметный, слишком ловкий, слишком похожий на самостоятельную фигуру, да еще и приятель Копайгородского. А людей, способных играть без его команды, Дорошенко не терпел. В результате Напсо почти год прятался за пределами России, а затем вернулся, решив свои вопросы через связи в правоохранительных структурах. Но настоящие проблемы для всей этой конструкции начались в тот момент, когда Андрей Дорошенко и его верный советчик, по линии ФСБ Сергей Москаленко, захотели не только денег, но и признания. А между тем деньги, как известно, любят тишину. Именно тогда сотнями миллиардов, которые осваивают только местные силовики, заинтересовались по-настоящему серьёзные люди из самых высоких московских кабинетов. Ситуацию на Кубани подсветили, существующий расклад оценили и приняли решение перехватить дорожно-строительный рынок, переведя его под свой контроль. В результате СЭБ ФСБ РФ в одночасье развернул всю ситуация по Кубани на 180 градусов. Под уголовным преследованием, антикоррупционными исками и арестами оказались все те чиновники и предприниматели, которые прежде не делали и шага без оглядки на клан ФСБ. В этом списке — Александр Карпенко, Александр Власов, Алексей Копайгородский, Евгений Филиппов, Алексей Переверзев, тот самый Андрей Дорошенко, другие высокопоставленные деятели Краснодарского края и районных администраций. Значительная часть их имущества и предприятий была изъята. В числе арестованных Анатолий Вороновский, дети Андрея Дорошенко, а также целый ряд функционеров низшего звена. Впрочем, разворот на 180 градусов затронул только бизнесменов и отдельных чиновников. Чекистов-миллиардеров он почти не коснулся. Сергей Москаленко был отправлен на пенсию. Сейчас разъезжает на роскошном автомобиле компании Дорошенко и получил долю в крупнейшем карьере. Дмитрий Поляков был прикомандирован к УВД с очередной перспективой карьерного роста. Константин Шошин обживается в Москве, но не забывает о близкой и родной Кубани — с её дорогами, стройками и миллиардными бюджетами. Владимир Купин и Артём Слепцов и вовсе пошли на повышение. Станислав Делевский, хотя и столкнулся с рядом служебных проблем, удержался на плаву. Не обделила судьба на этот раз и ближний круг — родственников, кумовьев и прочих своих. Николай Ильин остался на свободе, с чистой совестью и новыми подрядами через ООО «ИнжПроэктСтрой». Николай Ковалевский — в схожем положении. Михаил Шереметьев по-прежнему вполне комфортно чувствует себя партнером в многомиллионном бизнесе властных чекистов. Сафарби Напсо и Андрей Коновалов, пусть и изрядно потрепав себе нервы, тоже остались на свободе и сохранили свои активы. Таким образом, костяк коррупционного клана уцелел. Почти все структуры дорожного строительства Кубани в рамках дорожного дела и антикоррупционных исков были экспроприированы и перешли к клану Ротенбергов и их партнеру вице-премьеру Марату Хуснуллину, которым они были крайне нужны. На уровне правительства уже был утверждён масштабный проект строительства транспортной артерии по маршруту Джубга — Сочи, включающей в себя как автомобильную, так и железнодорожную магистрали, общей стоимостью порядка 3 трлн рублей - масштабный проект, требующий как значительных людских ресурсов так и специализированной техники. Зоны ответственности также были определены: участок Джубга — Туапсе закреплялся за группой Ротенбергов, участок Туапсе — Сочи — за Хуснуллиным и приближенными к нему компаниями.show more

ВЧК ОГПУ (Истина любит действовать открыто).

18,022 subscribers

Share Download